— Кёрк, я не проверяю тебя. Только скажи — да или нет.

— Да, устроит. — Он склонил к ней свое смазливое оскорбленное лицо и приготовился поцеловать ее пухлые губы. Мэгги отвернулась, поэтому поцелуй пришелся в щеку. — Я верну тебя, Мэгги. Обещаю. И я не проиграл.

— Ага, конечно. Увидимся. — Она быстро закрыла за ним дверь, не забыв о предохранителе на замке и короткой цепочке. — Мерзавец.

— Возможно, моя дорогая, но вдруг мистер Толанд услышал вас. Он очень ненадежный человек. Определенно должен был уползти отсюда на коленях, желательно — по битому стеклу.

— Ну, не настолько уж мерзавец… — Руки Мэгги застыли на дверной цепочке. — Кто это сказал?

— Прекрасный вопрос. Гораздо приятнее, чем дикий крик. Примите мои комплименты, мисс Келли, но я уже знаю, что у вас есть все основания для этого. Что касается меня, вам следует лишь обернуться, и вы сразу найдете ответ.

У нее галлюцинации? Вряд ли. Разве глюк стал бы отвечать на ее вопрос? Кто здесь? И как пробрался в ее квартиру? Мэгги застыла лицом к двери. Не смотри. Дурацкие пальцы, перестаньте трястись. Повернуть замки, открыть чертовы запоры. И поскорее смыться отсюда.

— Я повторяю, мисс Келли, — продолжал сказочно глубокий, очень вежливый, чертовски сексуальный и до ужаса знакомый мужской голос с чистейшим британским акцентом, — не изволите ли обернуться? Мистер Болдер возится сейчас у вас на кухне, как всегда, не обращая внимания на мое предупреждение. Но мы не станем дожидаться его, если вы не против. Итак, прошу вас, повернитесь, чтобы я мог представиться. Разумеется, формально. Ибо мы очень близко знакомы уже несколько лет.

Предохранитель снят. Цепочка тоже. Руки Мэгги уже лежали на замке. Но человек не набрасывался на нее, даже не угрожал, если только не собирался заговорить ее до смерти. Из квартиры можно выскочить за три секунды, ну, за четыре, если споткнуться. Но ее проклятущие ноги не могли пошевелиться.

Это совсем пришибло ее. Голос назвал имя Болдер. Она не ослышалась? Все так же стоя спиной к комнате, прикидываясь страусом, который делает вид, будто не замечает льва, затаившегося в зарослях несуществующей травы, Мэгги воскликнула: