— Чтобы вернуться героем, — отозвался Бригем, затыкая флягу пробкой.

Колл разразился смехом, перешедшим в кашель.

— Очевидно. Мак-Грегоры были в Хайлэндсе с тех пор, как Бог поселил нас здесь, и мы тут останемся. — Он повернулся к Бригему с хорошо знакомым вызовом. — Может, ты и граф, но мой род — королевский.

— И ты проливаешь свою королевскую кровь по всему лесу. Поехали домой, Колл.

Они скакали легким галопом. Когда они проезжали мимо первых коттеджей, послышались приветственные крики. Из домов — некоторые из них были построены из дерева и камня, а некоторые всего лишь из глины и соломы — выбегали люди. Несмотря на боль в боку, Колл салютовал им. Поднявшись на холм, они увидели Мак-Грегор-Хаус.

Из труб вился дым. За оконными стеклами горели только что зажженные лампы. Небо на западе освещалось последними отблесками солнца, и голубая черепица казалась серебряной. Четырехэтажный дом, украшенный башенками, был пригоден как для войны, так и для удобной мирной жизни. Крыши различной высоты соединялись друг с другом сумбурно и в то же время изящно.

На поляне громоздились амбар и другие строения; рядом паслись коровы. Откуда-то доносился собачий лай.

Из домов выходило все больше людей. Из одного коттеджа выбежала женщина с пустой корзиной. Бригем обернулся, услышав ее крик, и уставился на нее.

Женщина была завернута в плед, как в мантию. В одной руке она держала корзину, размахивая ею на бегу, а другой придерживала подол юбки, и Бриг видел мелькающие нижние юбки и длинные ноги. Женщина смеялась, и ее шарф упал на плечи, позволяя волосам цвета заходящего солнца развеваться позади.

Кожа женщины походила на алебастр, хотя сейчас раскраснелась от радости и холода. Ее черты были тонкими, но рот крупным, а губы полными. Глядя на нее, Бригем думал о пастушке, которой восхищался в детстве.