Девушка застонала, а ее дед в изумлении уставился на Криса.

— Ты все еще хочешь жениться на ней? Несмотря на скандал?

— Да, хочу. — Кольцо его пальцев на ее запястье ослабло. — Несмотря на скандал, — добавил он с видимым спокойствием, хотя Джуди ясно видела, что внутри у него все клокочет.

Последняя надежда развеялась, как дым.

— Но ты же сам сказал, что никто уже не верит в ее чистоту и невинность, — сделал еще одну попытку дед.

— Ничего, мы будем жить в Греции.

Лицо старика как-то сразу осунулось.

— Значит, — медленно проговорил он, — ты считаешь, что девочка не сделала ничего… дурного?

Крис посмотрел сверху вниз на свою невесту, с неожиданной нежностью поправил упавший ей на лоб локон и ответил:

— Уверен. Иначе никогда бы на ней не женился.

— Но, дедушка! — умоляюще воскликнула Джуди.

— Все, хватит, — вспылил тот. — Не хочу ничего больше слышать! Крис — твой жених, обращайся к нему.

— Но я люблю Ронни! — ее крик вырвался, казалось, из самого сердца.

Черные глаза Криса угрожающе сверкнули:

— Ты должна забыть своего англичанина, понятно?

Она беспомощно опустилась в кресло. Ловушка захлопнулась.

После пышной церемонии в церкви молодые и около сотни гостей отправились в отель «Хилтон». За день до торжества Джуди позвонила Ронни, умоляя его помочь ей, хотя и понимала, что просит о невозможном. Будучи иностранцем, он просто не имел права идти против воли ее законного опекуна, который, кстати, уже принял все меры против возможного побега своей мятежной внучки.

— Наотрез откажись от свадьбы, и никто не сможет принудить тебя, — снова сказал ей Ронни.

Но у нее уже не осталось сил для борьбы. Деда она еще могла бы уговорить, но Криса — никогда. Он заявил со всей определенностью, что не отпустит ее и не позволит расторгнуть помолвку.