— Ты говоришь так, словно брак с моим братом тебе ненавистен! — воскликнула Флория. — Крис совсем тебе не нравится?

— Ну что ты, — поспешно возразила Джуди. — Все дело лишь в том, что он просто пришел и взял меня, как… как книжку с полки. Но я же не вещь! Да, знаю, таков обычай. Но почему, не будучи киприоткой, я должна ему подчиняться?

— Мне казалось, что ты считаешь Кипр своей родиной… Однако это не имеет значения. В любом случае, если ты не хотела выходить за Криса, зачем же ты стала его женой? Насколько я знаю, твой дед — добрый человек, он всегда уважал твое английское происхождение и ставил твое счастье превыше всего… — Флория на секунду задумалась, потом продолжила: — Нет, если ты вышла за него, значит, ты этого хотела. В противном случае никто не смог бы тебя заставить — ни дед, ни обычай.

Джуди была уже готова разразиться гневной отповедью, но слова возмущения так и не слетели с ее уст. Фраза Флории о том, что она пошла за Криса по своей воле, заставила ее задуматься. Нет, она не хотела становиться его женой. Это просто смешно, ведь любила-то она Ронни… А до встречи с ним? Как относилась она к предстоящему браку? Да никак, просто смирилась с решением деда. Но так ли это? Разве не говорила она Лефки, причем не без гордости, что Крис красивее Пола? Не свидетельствует ли это о том, что она подсознательно находила Криса привлекательным и, поэтому, так и не решилась протестовать до тех пор, пока не познакомилась с Ронни?

Тут ее мысли приняли совсем уж неожиданный оборот. А любила ли она Ронни по-настоящему? Ясно одно: убедить себя забыть его оказалось куда проще, чем она ожидала. Когда же он все-таки всплывал в ее памяти, то образ его оказывался расплывчатым и неясным… Обеспокоенная тем, что не может ни опровергнуть утверждения Флории, ни согласиться с ним, Джуди решила сменить тему разговора и расспросить девушку о ее возлюбленном, но вовремя сдержалась: подобная прямолинейность была бы слишком бестактна.