И стал я подбирать себе ребяток умных. Сама понимаешь – пришел с зоны гол сокол, на хрен он кому нужен! Работенку подкинуть – это пожалуйста, а если сам в паханы лезет – это уж западло! «Все места блатные расхватали» – так вроде в песенке поется? Пришлось кое-кого подвинуть... Особенно черных я не любил. И не люблю. По мне, так от них все паскудство идет. Нецивильные они люди!

«Ну-ну, – снова ухмыльнулась про себя Лека. – Черные, значит, бяки, а Крот у нас – носитель добра и света». Ни от кого она не слыхала столько слов о чести, правилах, о хороших и плохих людях, как от воров. Лека знала, что по старым воровским законам разделение блатного народа по национальному признаку очень не приветствовалось и обычно Крот не проявлял так открыто своей ненависти. Но сейчас стесняться было некого.

– Худо-бедно, а занял я свое место. Года два заняли эти разборки. А тут и перестройка подвалила. Кооперативы стали появляться, индивидуальная трудовая деятельность. Цеховики наши подпольные, которых мы все эти годы на корме держали, живо на поверхность рванули. Ур-ра! Гласность и всякое такое. Только я живо смекнул, что не время еще рожу свою показывать, дело свое в открытую ставить. Кооперативщиков, которые прикрытия хорошего не имели, живенько начали щипать все кому не лень. И государство, и ракетчики, и шваль всякая. Что ж поделать – сами ко мне люди пошли. «Разберись, мол, Крот. Лучше уж с тобой дело иметь, чем с дерьмом этим залетным». Ладно, для хорошего человека ничего не жалко...

Команда у меня подобралась хоть куда. А вот запала душа на Дему.