Анна оторвалась от шоколадных воспоминаний и обвела взором все вокруг. Бумаги, бумаги, бумаги. Целые залежи. Боже, сколько всякой околонаучной и бюрократической всячины накопилось. Кто все это будет читать? Во всяком случае, ее вклад в мировую литературную сокровищницу мог бы стать намного более полезным для человечества, чем какие-то сопоставительные лингвистические исследования. Литературное дарование у нее есть, вот только не используется… А может быть, стоит задуматься о большой литературе? По крайней мере, нередко после прочтения очередного художественного опуса она машинально отмечала, что могла бы написать не хуже. Стоит только захотеть, настроиться и найти для этого время. Честно говоря, терпения тоже не помешало бы добавить. Уж очень она не любит копаться долго над одним и тем же вопросом. А в настоящем литературном творчестве без этого не обойтись. И еще очень не любит критику, без чего литератору тоже не обойтись. Впрочем, как известно, кто не рискует, тот остается без шампанского и спит в одиночестве. Так почему бы не попробовать себя в новом перспективном качестве, не испытать свою планиду? Мир сравнительной лингвистики вполне способен обойтись без нее. С него вполне хватит и одной добровольной жертвы в лице Гретхен.
Да, но с кем же все-таки ей провести отпуск? В данный момент у нее есть постоянный бойфренд. Вот уже четвертый месяц. Мальчик хороший, симпатичный, но не перспективный. Чего-то в нем не хватает. Вернее, многого. Искренности, например, тактичности и доброжелательности.