Самым загадочным было то, что в снах не отражались те мечты, которым она предавалась наяву, будучи весьма романтичной по складу характера. Набор мечтаний был достаточно стандартным, как у любой нормальной девушки, и включал в себя три главные составляющие благополучной и спокойной жизни взрослой женщины - свой дом, свой мужчина и свои дети. Представление об этих трех «китах» постоянно менялось, поэтому, наверное, и не находило своего отражения в снах. Особенно портрет идеального мужчины. Она до сих пор не разобралась даже в том, кто ей больше нравится - атлетически сложенные брюнеты с глазами цвета морской волны или мужественные блондины нордического типа. К тому же ее нередко привлекали утонченные, немного женственные и изящные эстеты с одухотворенными лицами, мечтательными глазами и длинными, волнистыми волосами до плеч. Интеллектуалы, умевшие легко перейти от обсуждения мистического начала в творчестве Кафки к смелым цветовым гаммам в новаторских поисках итальянских кутюрье, с последующим плавным переходом на воздействие фольклорных напевов австрийских горцев на музыку венских музыкальных корифеев прошлых столетий.

Карьера в ее мечты не проникала. К идеям феминизма в трудовой сфере Анна с детства подходила скептически, ориентируясь на здравый смысл и преобладающую тягу к развлечениям. Собственно, ее профессия и не могла стать основой самоотверженной и бурной карьеры. С дипломом магистра в области сравнительной лингвистики выбор был не слишком велик. Или педагогика, или научные исследования. Эта узость альтернатив и привела ее, в конечном счете, в Европейский центр лингвистических исследований в родном городе Граце.