– «Маритайм-Эр» к этой записке никакого отношения не имеет, – заявил владелец авиакомпании.

– Как – не имеет? А…

– Конечно нет. Тренч у нас больше не летает.

– Да, это мне известно. Но он сказал, что от полетов его отстранили временно.

– Так и сказал – временно?

– Да. Из-за того что он опоздал к полету, вы перевели его на работу в представительство компании. Разве это не так?

Марк Трайтон выпрямил спину и положил обе руки на рулевое колесо.

– Извините, но это совсем не так, – ответил он. – Если это вам сказал ваш жених, то он вас просто-напросто обманул. Дело в том, мисс Редферн, что обвинение, которое выдвинуто против него, гораздо серьезнее. Видите ли, я уволил Гая Тренча шесть недель назад. Без предупреждения, но вполне справедливо. И естественно, без каких-либо надежд на восстановление его в должности…

– О нет! – в отчаянии воскликнула Эмма.

Ей стало жутко стыдно оттого, что Гай обманул ее. Она была благодарна Трайтону за его тактичность: он отвернулся и включил зажигание. Он понимал, что в тот момент Эмме больше всего хотелось остаться одной.

Девушку не волновало, куда он ее везет. На бульваре Пастера Трайтон остановил машину возле французского ресторана и вышел. Эмма, ни слова не говоря, последовала за ним. В зал она вошла первой и села за столик.

– Нам надо поговорить, не так ли? – участливо спросил Трайтон.

Эмма в ответ молча кивнула. Он заказал для нее кофе, а для себя – бренди.

– Вы, наверное, хотите позвонить своему жениху?

– Да… – неуверенно произнесла Эмма. – То есть, нет. Вначале я хотела бы услышать…

– Вы не против, если я вас ненадолго оставлю? Мне надо позвонить своему другу. Когда мы с вами встретились, я шел к нему на ужин. Надо предупредить его, что я задерживаюсь.

– Прошу вас, не жертвуйте ради меня своим временем! – приподнимаясь со стула, воскликнула Эмма.