Недоумевая, Клеон слушала, как торгуется редактор, и поражалась энергии, с которой тот настаивал на своем. Он принадлежал к старой журналистской школе, сейчас почти исчезнувшей. Честный до предела, неутомимый в поисках истины. «Добывайте свои факты честно», — была его любимая фраза, принцип которой Клеон усвоила как дважды два, наследие старого стиля, того высокопарного языка, которым пользовались несколько десятилетий тому назад. Если бы не близившийся уход на пенсию, Клеон и ее коллеги не были уверены, смог ли бы он в дальнейшем выжить в газетных джунглях. Она вернулась к действительности, обнаружив, что мистер Райли обращается к ней.

— Моя дорогая мисс Эстон, боюсь, меня немного занесло, когда я распространялся насчет ваших достоинств. Я не представил вас моему гостю. Мисс Эстон, мистер Эллис Ферс. Как вы уже догадались, мистер Ферс, мисс Эстон — очень ценный сотрудник моей редакции.

Они встали, их взгляды встретились, как бы запутавшись и снова освободившись, и Клеон почувствовала, быстро пожимая мужчине руку, что война объявлена.

— Я уверен, что мы раньше встречались. — Клеон захотелось сбить пощечиной его двусмысленную улыбку. Интересно, какие сказки он собирается рассказывать? Он, должно быть, заметил ее внезапное беспокойство, потому что его улыбка сделалась шире.

— Ваше лицо мне определенно знакомо.

Поняв эти слова буквально, мистер Райли нарушил затянувшееся молчание.

— Я сомневаюсь в этом, мистер Ферс. Такую хорошенькую девушку, как она, мужчина наверняка запомнит и не будет гадать, встречался он с ней или нет.

Мистер Ферс сел.

— Возможно, вы правы. Она, должно быть, напоминает мне кого-то, кого я знаю. Но я мог бы поклясться…

— В мечтах, — засмеялся мистер Райли, хлопнув по столу, — вот где вы ее видели. — Затем он стал серьезным. — Но мисс Эстон наверняка слышала о вас.