Белые крылья неширокой мраморной лестницы растворялись в темноте верхней площадки, ступени, покрытые темно-красной пушистой дорожкой, манили поскорее подняться по ним. Справа от входа красовался огромный золотой диван, перед которым стояли два низеньких столика на гнутых ножках — тоже сплошь золотые. Слева обитал охранник, но не в традиционной стеклянной будке, а в гигантском золотом кресле с низким сиденьем, из-под которого выглядывали когтистые птичьи лапы, опять же золотые. На изысканной парче валялся короткий десантный автомат. Илона лишь скользнула по нему взглядом, решив, что он тут совсем ни к чему — нарушает целостность картины.

Вслед за Нерадовым она поднялась на второй этаж. Их встретила представительная немолодая дама в черном гладком платье до пола, ничем не украшенном. Прическа дамы тоже была гладкой, ее короткие седые волосы прилипли к черепу, как коровой облизанные. Только крошечные золотые сережки в слегка оттопыренных ушах вносили живую ноту, да аромат духов «Трезор» рождал мгновенное ощущение предстоящего счастья.

Дама вежливо поклонилась Толяну и тихо сказала:

— Шестой номер вас устроит?

— Конечно, — кивнул Толян. — И нам бы перекусить чего-нибудь. К тому же у нас небольшой праздник.

— Через десять минут все будет подано, — еще раз склонила голову «гладкая» дама, протягивая Толяну золоченый ключик на золоченой цепочке. Дама направилась вниз по лестнице, а Илона с Толяном — направо по недлинному коридору, по обе стороны которого красовались резные золотые двери — три слева, две справа.

— Давненько я здесь не бывал, — пробормотал Толян, останавливаясь возле второй двери по правой стороне. — Ох давненько! Уж и забыл, как здесь уютно и красиво!

Насчет уюта и красоты Илона была вполне согласна с Нерадовым. Она тоже любила позолоту, сверкающие ткани, мягкие толстые ковры, затейливый фарфор с сочными яркими росписями, хрусталь, бронзу, а здесь всего этого было в избытке.