Перемена в Меррике была мгновенной. Он резко приподнялся над Алиссой.

– Какого черта… – Тряхнув головой, Меррик сосредоточил взгляд на Алиссе, и страсть, отражавшаяся на его загорелом лице, умирала быстрой смертью. – Умно, мисс Сазерленд. Очень умно. Вы готовы сделать все что угодно, даже соблазнить врага, лишь бы носить корону Вердонии, да?

Дыхание с шумом вырвалось из легких, и, гневно уставившись на него, Алисса резко села.

– Соблазнить вас? Как вы смеете…

К ее удивлению, он рывком стащил с себя рубашку и сунул ей. Под рубашкой на нем была черная тенниска-стретч, которая обтягивала его мощное тело, подчеркивая каждый мускул.

– Это вы целовали меня, а не наоборот, – напомнила она ему, просовывая руки в слишком длинные рукава.

– А вы изо всех сил сопротивлялись, да?

Горячая краска залила ей щеки, а неприятная правда его обвинения заставила замолчать. Она лихорадочно пыталась отыскать в уме какую-нибудь подходящую колкость, застегивая пуговицы неуклюжими пальцами, но ничего не пришло ей в голову. Возможно, было слишком трудно, потому что черный хлопок хранил его отчетливый запах, отвлекая ее своим острым, лесным ароматом. Или, быть может, потому, что она то и дело украдкой поглядывала на Меррика, точнее, на его внушительное тело, туго обтянутое тенниской.

Как только она закончила застегивать пуговицы, Меррик полез в задний карман и, к ее ужасу, вытащил плоский моток липкой ленты. Не успела она произнести и слова протеста, он одним куском залепил ей рот, а другим обмотал запястья.

– Примите к сведению, – пробормотал Меррик, скривив рот в невеселой улыбке, – с этого момента больше никогда не целуйте плохих парней.

Она яростно затрясла головой, но ее гневные протесты заглушались лентой. Встав, он с легкостью поднял девушку и перебросил через плечо. Сильная рука удерживала ее, сжимая бедра.