Шарлотта застыла на месте от ужаса и гнева. Голос второго ночного гостя напоминал мрачные звуки какого-то музыкального инструмента - он не был лишен своеобразного очарования, и в нем отчетливо слышались властные нотки. Голос, подобный этому, мог бы усмирять диких животных и петь священные гимны. В то же время ничего ужаснее Шарлотте еще не приходилось слышать.

- Вы что, с ума сошли? - прошипел Винтербурн. - Поторапливайтесь, и покончим с этим.

- Вы задолжали мне изрядную сумму, Винтербурн. Не думаете же вы, что несколько минут с этой юной и весьма дорогостоящей девственницей полностью возместят ваши долги? Я требую часа - не меньше.

- Это невозможно, - пробормотал Винтербурн. - Спальня ее старшей сестры находится в конце коридора. Эта девчонка - сущая чертовка. Совершенно неуправляемая. Если вы разбудите ее, я не ручаюсь за последствия.

- Ну, это ваша забота, а не моя. Вы ведь хозяин дома, не так ли? Разрешаю вам поступить с ней по своему усмотрению.

- Но что, черт побери, мне делать, если она проснется?

- Заприте ее в комнате, свяжите, заткните рот кляпом, избейте до полусмерти - мне наплевать, какими средствами вы этого добьетесь, но я не желаю, чтобы кто-то мне помешал получить удовольствие.

Шарлотта осторожно прикрыла дверь спальни и окинула обезумевшим взглядом залитую лунным светом комнату. Она глубоко вздохнула, стараясь привести в порядок свои смятенные чувства, и на цыпочках прошла по ковру к сундуку, стоявшему у окна.

Торопливо вставив ключ в замок, она открыла сундук и отшвырнула два одеяла, лежавшие сверху. Ящик с отцовскими пистолетами находился на самом дне.

Шарлотта схватила ящик, раскрыла его дрожащими пальцами и вытащила тяжелое оружие. Пистолет не был заряжен. Но у нее нет ни пули, ни пороха, чтобы зарядить его, а самое главное - времени разобраться, как это делается.