Войдя к себе, она услышала за стеной в соседней квартире пронзительные женские голоса и перекрывающую их громкую музыку. Сверху раздавались выстрелы — кто-то, вероятно, смотрел вестерн по телевизору. Вечером в доме всегда было очень шумно. Но жаловаться не имело смысла, поскольку никто все равно не обратил бы на это внимания; если кто-то и пожаловался бы, соседи, скорее всего, только бы прибавили громкость.

Элизабет согрела себе молока, разделась, приняла душ и забралась в постель. Скоро она выключила свет, но не могла уснуть и долго лежала в темноте, думая о Дэмиане. Ее глаза горели от непролитых слез. Она все еще не могла поверить. Он всегда был таким жизнелюбивым, энергичным. Как мог он умереть? Когда кто-то умирает, он исчезает насовсем. Но Дэмиан не исчез. Весь год он жил в ее мыслях. Это, наверное, ошибка, это не может быть правдой.

Утром она проснулась в холодном поту. Ей снился Дэмиан. Это был путаный сон. Она бежала куда-то через бесконечную вереницу комнат, пробиралась сквозь частокол ветвистых деревьев. Кто-то преследовал ее. Она не знала, где находится. Незнакомые люди вокруг перешептывались, глядя ей вслед. Но куда бы она ни бежала, она везде натыкалась на Дэмиана, который поджидал ее; от одного взгляда на него щемило сердце, и она испытывала смешанное чувство страха и желания и снова убегала от этого смуглолицего человека, от угрозы, таящейся в пристальном взгляде темных глаз. Внезапно она оказалась в его объятиях на траве под деревьями, она ощущала его губы на шее, его руки, скользящие по ее бедрам, — ее тело откликалось на каждое его прикосновение, и она почувствовала, что уступает, отдается охватившей ее страсти целиком и полностью. И тут же она вновь бежала куда-то, движимая отчаянием, желанием непременно найти его.