– А ты думаешь, что сможешь меня остановить?

– Разумеется.

Он подошел к ней и, весело игнорируя протесты, склонил голову и нашел ее губы с тем, чтобы поцелуем добиться податливой уступчивости.

– Тебе все еще хочется пойти на эту вечеринку? – мягко спросил он долгое время спустя, когда они лежали рядом перед камином, который Пол разжег по случаю ненастной погоды.

– Нет, – прошептала Робин, слишком обессиленная любовными играми, чтобы думать о чем-то еще. – Предпочитаю всю жизнь пролежать с тобой здесь!

Он хрипловато рассмеялся.

– Твои желания для меня закон!

Что-то новенькое! – мелькнуло у нее в голове, прежде чем она всецело сосредоточилась на прикосновениях длинных тонких пальцев к ее груди.

Это была далеко не единственная их размолвка. В течение следующих месяцев Робин поняла, насколько был прав отец в оценке будущего зятя. Нельзя сказать, чтобы ей нужен был мужчина, которого можно обвести вокруг пальца.

Но Пол, случалось, был слишком несговорчив, когда ей очень чего-то хотелось, и не отступал ни на шаг.

– Предполагается, что в браке должны и давать, и брать, – обрушилась она на него однажды, когда он отказался совершить в уик-энд лодочную прогулку по озеру. – И все из-за того, что тебе, видите ли, не нравятся Чендлеры!

– Дело не в том, нравятся они мне или нет, – терпеливо возразил Пол. – Мы впервые встретились с ними всего пару недель назад, а мне требуется более длительное знакомство, чтобы решиться провести с ними пару дней на этой тесной посудине. В любом случае весь уик-энд я собираюсь работать.

– Ты всегда работаешь!

– Неправда. Я на два месяца запоздал с началом книги.

Робин прикусила язык, не рискуя спорить с тем, что, как она знала, было правдой. В ноябре Пол обычно сдавал готовую рукопись для публикации в следующем году, а сейчас была середина октября, и он не дошел даже до половины. И не он один забросил работу. Робин к этому времени тоже обещала Соне закончить роман.