Было уже около девяти часов, когда Робин наконец уговорила себя вновь спуститься вниз. Пол развалился на диване в гостиной, как она и предполагала, но не спал. Он поднял глаза от книги в бумажной обложке, которую читал, и скользнул притворно равнодушным взглядом по Робин, возникшей в дверном проеме.

– Весьма обстоятельный душ, – сухо прокомментировал он.

– Для начала мне нужно было поспать, – соврала она, проходя в комнату. Если хочешь побриться, осталась уйма горячей воды. Полагаю, ты приехал подготовленным к ночлегу?

– Я приехал подготовленным ко всему, – с нажимом сказал он. – Включая и непокорную жену.

– Я ведь согласилась на то, о чем ты меня просил, – заметила Робин. Поэтому вряд ли меня можно назвать непокорной.

– Тебя можно назвать непредсказуемой, – признал Пол. – Я думал, ты повзрослела с тех пор, как мы виделись последний раз.

– Если взросление подразумевает обретение умения отличать похоть от любви, то да. Подобной ошибки я уже больше не совершу.

Он с откровенным цинизмом изучал ее. Взгляд пробежал по стройной точеной фигурке и вновь вернулся к лицу, пробудив массу воспоминаний и расцветив алым щеки Робин.

– Этому Шону когда-нибудь удавалось завести тебя, как это умел я?

«Никогда в жизни!» – готов был сорваться правдивый ответ.

– Шон отличается от тебя так же, как сыр от мела! – язвительно сказала она вместо этого.

– Значит, не удавалось. – Темноволосая голова качнулась с насмешливым сочувствием. – Я бы на твоем месте дважды подумал, прежде чем выходить за того, кто слаб по этой части.

Выведенная из себя, Робин решила держаться до последнего.

– Возможно, я и сама изменилась в том, что касается «этой части»!

– А возможно, я просто единственный, кто вообще может тебя завести, предположил Пол с насмешливым огоньком в глазах. – Женщина одного мужчины в этом-то все и дело!