– Как раз твой тип, – пробормотала Робин и получила сухую улыбку в ответ.

– Никаких шансов. Она без ума от Коула, как и он от нее. Помнишь, как это бывает?

Робин нажала на кнопку в лифте, надеясь, что по ее лицу не видно, что она чувствует в эту минуту.

– У меня что-то сдает память.

– Зато моя в порядке. – Пол продолжил смягчившимся от воспоминаний тоном:

– Я помню, какой ты была в первую брачную ночь. Скольким мужчинам моего возраста в наши дни удается найти девственную невесту? – Его взгляд внезапно похолодел, а голос вновь стал жестким:

– Сколько мужчин у тебя было с тех пор?

«Ни одного», – могла бы ответить она, ничуть не покривив душой, однако сомневалась, что Пол поверит услышанному.

– Не твое дело, – сказала она вместо этого на удивление спокойным голосом. – Так же как и твои нынешние похождения не касаются меня. Мы собираемся развестись, когда все закончится, ты не забыл?

– О да, конечно, ты же выходишь замуж за Шона! И чем он зарабатывает себе на жизнь?

Лифт остановился, и Робин поспешила открыть дверь, чтобы не поворачиваться к нему лицом.

– Он бухгалтер.

– О, очень солидно!

– Можешь насмехаться, сколько тебе вздумается, – ледяным тоном сказала она. – По крайней мере, с ним я чувствую себя на своем месте.

– Мне всегда казалось, что ты чувствуешь себя на своем месте рядом со мной, – продолжал иронизировать Пол. – Но никто из нас не застрахован от неожиданных открытий.

Согласно этому и мне не следует удивляться неожиданным открытиям, связанным с ним, ядовито подумала Робин, вставляя ключ в замок.

Из холла, оформленного в золотисто-бежевых тонах, с темно-коричневым ковром на полу, вели пять дверей. Робин открыла первую направо и, войдя, включила свет. В гостиной размером с небольшую площадь тот же щедрый красный цвет повторялся на драпировках высоких окон. Мебель, которую Робин беспорядочно расставила повсюду, следуя своим причудам и сочетая старинные и не очень предметы, создавала атмосферу стильную и одновременно уютную.