– Когда же мы вылетаем? – спросила она, усаживаясь как можно дальше от Пола.

– В четверг вечером, а в Кейптаун прибываем рано утром в субботу, по их времени. Я назначил встречу в субботу днем – в приюте, где живет сейчас Уэнди. У нас будет время, чтобы прийти в себя.

Целых пять часов после перелета через половину земного шара! – с иронией подумала Робин, однако от высказывания этой мысли вслух воздержалась.

– Учитывая, что ты, должно быть, приобрел и обратные билеты, как долго мы там пробудем?

Пол невозмутимо встретил ее взгляд.

– Обратные билеты я еще не заказал. Кто знает, сколько времени займет бумажная канитель? Бюрократия – привилегия не одних американцев. Почувствовав, что с ее губ готов сорваться протест, он ровным голосом добавил:

– Позвони своему Шону сейчас, если хочешь, и я ему все объясню.

– Тебе это доставило бы большое удовольствие, не так ли? – Робин была не в том настроении, чтобы подбирать слова. – «Я увожу свою жену на другой, конец света и не знаю, когда мы вернемся, поэтому наше вам с кисточкой!»

Если ты думаешь…

Тут она остановилась, заметив, что лицо Пола расплылось в улыбке.

– Твой стиль все стремительнее катится под уклон, милая! «Наше вам с кисточкой!..»

– Поди к черту! – взорвалась Робин, слишком злая, чтобы самой увидеть смешную сторону. – Никуда я с тобой не поеду, мерзавец! Можешь немедленно убираться отсюда!

Веселость немедленно покинула его лицо, сменившись пугающей суровостью.

Пол со стуком поставил на стол чашку и блюдце, словно добавляя веса своим словам.

– Позволь тебе напомнить, что ты уже дала согласие, – холодно начал он. И ты не только поедешь со мной, но и приложишь все усилия, чтобы убедить тамошние власти в том, что мы идеальные претенденты на роль родителей Уэнди.

Малейшее сомнение – и они могут ее забрать, несмотря на то что она моя племянница. Интересы ребенка превыше всего. Ты не можешь с этим не считаться.