Послышался характерный стук дверей, означавший появление в доме Фредерики, двенадцатилетней дочери Этель. Через несколько секунд она будет здесь и придется сказать ей то, что сама Этель узнала утром и о чем уже несколько раз сообщал бесстрастный голос диктора радио: Артур Макартур, бывший муж Этель и отец Фредди, погиб в автомобильной катастрофе.

Этель вытерла слезы и постаралась взять себя в руки. Реакцию дочери предсказать заранее было невозможно. Фредди мало знала отца и редко с ним виделась, поскольку Этель и Артур развелись еще до ее рождения.

— Что случилось? Ты плакала? — пристально, ожидая ответа, на Этель смотрели широко распахнутые синие глаза дочери.

— Нет… Ну, немножко, — пробормотала она бессвязно, — дело в том, что… твой отец.

— Мой отец? Он умер? — выкрикнула Фредди, непостижимым образом угадав правду. У Этель перехватило дыхание, и, пока она искала подходящие слова, дочь все поняла по ее лицу и, в отчаянии закачав головой, попятилась от матери.

— Фредди, девочка моя, — Этель протянула руку к дочери, но та продолжала пятиться, — понимаешь, автокатастрофа… Подробности я не знаю. Передавали по радио…

— Не жди, что я буду плакать! — Фредди почти кричала на нее. — Просто не буду плакать… Не буду — и все.

И повернувшись, выбежала из комнаты.

Этель пошла за ней. Фредерика лежала в своей комнате на постели лицом вниз и горько рыдала.

Этель присела рядом и начала поглаживать ее плечо. Фредди ее единственный родной человек на всей Земле. И в ней текла кровь Макартуров — семьи, которая принесла Этель столько горя, о которой она с большим удовольствием забыла бы навсегда, если бы могла, и с которой так крепко, навсегда связана фактом существования этой хрупкой девочки.

Почему-то Этель вспомнился тот день, когда она впервые познакомилась с младшим братом Артура — Ральфом Макартуром.