— Идите, — сказал он.

Холли не стала терять времени на споры. Она подошла к козе, взялась за обрывок веревки и пошла по каменистой тропе. Он смотрел ей вслед, пока она не исчезла из виду, и поднял с земли трость.

Первый раз в жизни его победила коза.

И первый раз в жизни он испытывал сомнения в своих действиях и позволил себе отвлечься на хорошенькую мордашку.

Джастин попытался уговорить себя, что по-прежнему контролирует ситуацию. Но нельзя не признать, он пошел на огромный риск, поверив девушке.

Он знал только одно — ему нужна помощь. Ее помощь. Он должен заставить графа вернуться в Корнуолл, а этого не сделать в одиночку. Граф вряд ли его узнает — они видели друг друга всего несколько минут почти пятнадцать лет назад, но появление чужака заставит его насторожиться. Даже чужака по имени Джон Сэвадж, который имеет все основания быть здесь.

За прошедшие пятнадцать лет Джастину не раз приходилось играть роль Джона Сэваджа, джентльмена-кутилы. Именно у Сэваджа оказались долговые расписки сына графа. Хромоту он объяснял полученной в детстве травмой, хотя на самом деле она появилась после Ватерлоо.

Джастин осторожно перенес тяжесть тела на больную ногу и шагнул вперед. Затем еще раз. Приказав себе не обращать внимания на сильную боль и легкие уколы долго дремавшей совести, он поспешил в гостиницу.

Чем ближе Холли подходила к дому, тем тяжелее становилось на сердце. Что, если она подвергла опасности свою семью? Что, если он врал, когда говорил, что ищет только лорда Гатуэлла?

Внезапно впереди она увидела брата. Холли никогда раньше ничего не скрывала от него, а сейчас ей придется смолчать о том, что может быть жизненно важно для всех них.

Заметив сестру, Пол быстро подошел к ней.

— Мы беспокоились о тебе, Холли, — с упреком произнес он.

Она подергала за веревку Жоржетту.

— Ей захотелось пожевать травку. Ты же знаешь, какая она бывает упрямая.