Пол и Тед Конлей спрыгнули в воду и пошли к берегу, держа в руках длинные толстые веревки, которые крепились к лодке. Ее отец и отец Теда, Этан, следовали за ними, подталкивая лодку сзади.

Но вот они бросили веревки, и ее отец направился к узкой щели между двумя скалами. Раскопав песок лопатой, которую он взял в лодке, отец вытащил доску, прикрывавшую тайник.

В этот момент Холли вышла из тени. Первым ее увидел Тед Конлей и грубо выругался. Отец резко оборвал напарника и вместе с Полом подошел к дочери.

— Что ты здесь делаешь, девочка? — сухо спросил он. Раньше отец никогда не называл ее «девочкой», а всегда обращался к ней по имени или звал доченькой.

Холли поежилась, но тут же упрямо вздернула подбородок.

— Я думала, что смогу помочь. Вам не помешает лишняя пара рук, а я сильная.

— Отправляйся домой, Холли, и немедленно. Ты хоть понимаешь, как это опасно?

Пол, как всегда, тут же вступился за сестру:

— Раз уж она здесь…

Этан Конлей нетерпеливо переступил с ноги на ногу.

— У нас нет времени спорить. Мы уж и так опаздываем, эти проклятые французишки приплыли слишком поздно.

Отец бросил на Холли взгляд, который сказал ей, что все еще впереди. Он подошел к ялику и взвалил на плечи бочонок. Другие последовали его примеру. Холли была последней. Бочонок оказался намного тяжелее, чем мешок зерна, но она знала, что на нее смотрят, и не собиралась отступать. Тужась изо всех сил, она взвалила бочонок на плечо. Ее ноги согнулись под тяжестью, и она, пошатываясь, пошла к тайнику. Пол спустился вниз и расставлял бочонки. Один, второй, третий. Ей было так тяжело, что казалось, переломится спина.

И когда она грузила на себя уже четвертый бочонок, Тед Конлей оступился и уронил свой груз. Деревянные обода треснули, коньяк пролился на песок.

— Очисти место, Холли, — приказал отец.

Холли, наклонившись, подбирала куски обода. Внезапно ее рука нащупала какой-то предмет. Маленькая бутылочка. Почему она в бочонке с коньяком?