После этого они танцевали, и зал загудел, удивляясь, как это светский джентльмен увлекся провинциальной девушкой, да к тому же дочерью главы компании, занимающейся устройством браков! Щекотливость ситуации заключалась в том, что семья Престли занимала весьма высокое положение в обществе.

– Вздор! – успокаивал ее Адам. – Я восхищаюсь нюхом твоего отца – он так ловко действует в сложных ситуациях и сколотил капитал на золотых и серебряных браках. Я рад, что он сохранил в своей коллекции столь драгоценный камень для меня.

Под впечатлением этого воспоминания Ноэль с вызовом посмотрела на отца:

– Скажи что-нибудь хорошее об Адаме!

– Прошу прощения?

– Сделай ему комплимент, пожалуйста. Ну, он сделал меня счастливой, а еще?

– Он со вкусом одевается.

– Папа!

Злорадный блеск в глазах Брэддока погас.

– По крайней мере благодаря его богатству мой единственный ребенок не будет испытывать материальных трудностей.

– Это всего важнее для тебя, разве не так? Тебе не придется опасаться, что я умру от голода и в лохмотьях; более того – меня ждет жизнь в роскоши, с преданным мужем. Разве не о такой судьбе для своей дочери мечтает каждый отец?

– Когда я смогу убедиться в том, что Престли это обеспечил, я не стану умалять его заслуги. Искренне надеюсь, что именно так и будет на протяжении всей вашей совместной жизни; в этом случае моя благодарность превысит все, что ты можешь себе представить.

– Ну, раз так… – Ноэль с минуту молчала, затем с облегчением вздохнула. – Вот увидишь, папа, я буду безмерно счастлива благодаря Адаму. И надеюсь, в свою очередь, принести ему счастье. А сейчас мне нужно сменить домашнее платье на что-нибудь более подходящее: Адам появится здесь уже через час.