Набрала номер нужного отдела, назвала свою фамилию и произнесла:

– Буду через час. Мне нужен свободный сотрудник и доступ к базе данных.

Подобный звонок офицера по особым поручениям обязателен к исполнению, даже если он, паче чаяния, раздастся в четыре утра (бывало и такое). И хотя уже смеркалось, окна информационного отдела ожидающе светились на втором этаже.

Шофера я отпустила. Доберусь на такси.

– Что вы, Марина Леонидовна! – запротестовал Володя. – Я подожду вас.

– Езжай домой. – Это звучало как приказ.

И он уехал. Уехал к своей семье, к жене и ребенку, в свой убогий, куцый быт, бесконечно унылый, бесконечно однообразный, как туристическая поездка по пустыне, где резиновую бесконечность времени и однообразие пейзажа скрашивают лишь изредка возникающие фантомы: миражи дворцов, пальм, брызгающих влагой фонтанов у кромки горизонта…

Коротко стриженная девушка в очках, смущенно удушая в кулачке скулодробящий зевок, торопливо поднялась навстречу.

– Меня интересуют вот эти двое. – Я выложила на стол листок с крупно написанными фамилиями. – Что у вас есть на них в базе?

Легкие пальцы с острыми ноготками, обрадованные работой, вспорхнули над клавишами.

– Только общие сведения… Сергачев проходит у нас по общему разделу, а Коркин – в разделе «Анти».

В разделе «Анти» содержатся компрометирующие сведения о людях, когда-либо причинивших вред Организации, либо намеревавшихся причинить таковой, либо выражавших негативное отношение к идеям нашего духовного отца Дэна Гобарда. В разделе «Анти» Коркин у нас проходит под номером один. Даже начальник налоговой инспекции района, где находится офис Центра, не доставил нам столько неприятных хлопот, сколько этот тщедушный человечек в толстых роговых очках и стоптанных рыжих ботинках из «Детского мира».

Зашуршала бумага, медленно выползая из принтера… Я бегло пробежала текст.