Когда наконец был наклеен последний кусок обоев, девушки гордо оглядели комнату, восхищаясь результатами своей работы. Миссис Спарроу тоже одобрительно покивала головой. Она приготовила девушкам кофе и бутерброды и ушла домой. Они решили поужинать на балконе. Стояли первые дни июня; слабый южный бриз чуть колыхал ночной воздух, мягкий как шелк. С балкона открывался великолепный вид на бухту Золотой Рог до самого Галатского моста и на Мраморное море за ним. Несчетные огоньки рыбачьих лодок у Галатского моста сливались со светом катеров и моторных лодок в бухте. Купола мечетей ясно виднелись в огнях города, изящные силуэты минаретов рисовались на фоне аметистового неба.

Со вздохом облегчения Гвен вытянулась в кресле.

— Я. рада, что мы решились снять эту квартиру, — сказала она. — Я всегда мечтала о балконе с видом на море. Я сейчас чувствую себя миллионершей, .

— Кстати, о миллионерах, — вставила Салли, обращаясь к Джанет, — как поживает твой друг Крейг Флеминг?

Джанет растерянно улыбнулась.

— Не думаю, что он миллионер — ему приходится так много работать, чтобы преуспевать. — «И он вовсе не мой друг», — добавила она про себя.

— Ну, этих менеджеров нефтяных компаний не сразу отличишь от миллионеров со всеми их лимузинами, шоферами и яхтами.

— Он пишет книги. — Салли взяла еще один бутерброд. — Мы прочитали его последнюю книгу, потому что она была о стоянках древних людей на западе Турции, а мы с Гвен там бывали. Крейгу Флемингу повезло, что ему разрешили там копать: турки ведь не то, что греки. У них куда больше древностей, чем в Греции, но они не хотят их терять.

Джанет тоже читала эту книгу. Какое-то время они обсуждали ее, потом Джанет спохватилась, что ей пора домой. Сюда ее завез Тони по пути к своим друзьям, которые жили в старом городе, но он не знал, когда будет возвращаться домой, и было решено, что домой ее отвезет Гвен.