Он возвращался домой, рассказывал о путешествии своим семейным, а потом разговаривал с Дэнни о будущем.

— Мы с тобой будем партнерами, ты и я, — говорил Кристи. — Когда ты подрастешь, тебе достанется половина фермы. Учись, сынок. К фермерству надо подходить с умом. Ты должен стать ученым — знать все о погодных условиях, кислотности почвы и личинках.

— Ты думаешь, что необходимы книжные знания, чтобы стать фермером? — однажды спросила, смеясь, Мэри.

Кристи сдержал обиду: она никогда не ценила его умений и усилий, которые он прикладывал. Ее отец два года проучился в колледже в Галифаксе, работал в главном офисе компании, занимающейся омарами, и Кристи знал, что жена вынашивала похожие планы относительно будущего их сына.

— Это еще и инстинкт, — отвечал Кристи, зная, что Дэнни его слушает. Ему хотелось, чтобы сын гордился своим фермерским происхождением. — Уход за землей требует от нас лучшего, что у нас есть! Это волшебная работа — выращивать рождественские деревья, не имея ничего, кроме солнца и грязи.

— И осадков, — сказал Дэнни. — Нужны умеренные дожди и окклюдированные фронты. — Кристи удовлетворенно улыбался умным словам и серьезному взгляду сына.

Однако после смерти Мэри от сердечного приступа четыре года назад ему пришлось взять детей с собой в Нью-Йорк. Дэнни тогда было двенадцать, Бриджит — восемь. С тех пор их всегда отпускали из школ с домашним заданием на тот месяц, когда их отец продавал деревья.

У Дэнни чуть глаза на лоб не вылезли, когда он впервые увидел город: высотки, мосты и модные магазины.

— Это Нью-Йорк? — очарованно спросил Дэниель в тот первый год. — Он такой… огромный, па! Как лес зданий, весь в огнях.

— Никогда не забывай о ферме, — предупредил Кристи.

— Никогда, па, — ответил Дэнни.

Каждый раз Кристи арендовал две комнаты в пансионе миссис Квинн прямо на Девятой авеню, где он мог следить за деревьями.