– Нет, я должна остаться, – покачала головой Джейси.

– Отправляйся с ними, Джейс. Только возьми с собой пейджер, – мягко проговорил Лайем. – Если появятся новости, я сообщу тебе.

– Нет, папа…

– Не упрямься, малышка. – Он обнял дочь и крепко прижал к груди. – Тебе необходимо развеяться, подумать о чем-то другом. Мы не поможем маме тем, что будем сходить с ума от тревоги.

Она отстранилась. Лайем видел, что в ее душе происходит серьезная борьба: ей хотелось остаться и в то же время хотелось уйти.

– Ладно, – согласилась она наконец, обернувшись к Марку. – Но только ненадолго.

Марк подошел к ней, взял за руку и вывел из комнаты.

– Папа, я проголодался, – тихо вымолвил Брет, когда сестра и Марк ушли.

– Прости, Бретти. Поедем скорее домой.

Брет встал. Его хрупкая фигурка казалась очень маленькой и беззащитной. Лайем вдруг заметил, как одет его сын: фланелевая клетчатая рубашка, кожаный жилет с шерифской звездой, новенькие джинсы, ковбойские ботинки. Настоящий маскарадный костюм для Хэллоуина.

Черт побери!

Часы показывали 9:15. Вот уже несколько часов все дети в городке, одетые как принцессы, астронавты и инопланетяне, залезают в машины, предвкушая невероятные приключения, а их родители, заранее страдая от головной боли, стараются сделать потише рок-музыку, рвущуюся из динамиков магнитофонов, и садятся за руль, чтобы отвезти своих отпрысков к заветному Дому.

Лайем внимательно посмотрел на сына и вспомнил, как Майк всю ночь просидела, ставя клепки на кобуру для игрушечного «кольта».

– Хочешь поехать в долину Ангела?

Брет втянул щеки и упрямо покачал головой. Лайем все понял. Этот праздник всегда устраивала для него мама.

– Хорошо, малыш. Пойдем.

Они вместе вышли в холодную октябрьскую ночь – в воздухе пахло гниющей листвой и черноземом, они сели в машину и поехали домой. Только скрип гаражных ворот нарушил тишину, которая обволакивала их, словно непроницаемый кокон.