— Это хорошо. Джилл нравилось бывать в вашем доме, наверное, потому, что твоя семья отличалась от ее собственной. — Его глаза потемнели. Она ведь была единственным ребенком и росла не так, как ты, Келли… Расскажи мне о своей семье!

Она с сомнением посмотрела на него.

— Тебе это интересно?

Лоренс вяло улыбнулся.

— Да. Я часто расспрашивал Джилл, мне действительно было интересно, почему твой дом так притягивал ее.

— Я думаю — по контрасту. В моей семье никогда не было много денег, но зато взаимопонимания и согласия — в избытке. Мой отец преподавал древнюю историю и литературу в Ройстанской школе для мальчиков и тренировал школьную крикетную команду. К нему постоянно приходили ученики для дополнительных занятий. Отец был чудесный человек, но… типичный пример рассеянного ученого — ни малейшего представления о бытовых проблемах. Так как денег на прислугу не было, мама все делала сама — в перерывах между работой.

— Она брала какую-то надомную работу? — полюбопытствовал Лоренс.

— Если можно назвать так портреты соседских щенков и котят, — улыбнулась девушка. — Казалось, она всегда держит что-то в руках: кисть, или молоток, или дрель… Она постоянно что-то ремонтировала, пекла, чинила нашу одежду. Мама любила копаться в саду и находила время, чтобы помочь нам с уроками…

— Она жива?

— О, конечно! Моя сестра Эгина снимает часть превосходного загородного дома, а мама живет поблизости в маленьком флигеле. — Келли улыбнулась. — Она больше ничего не ремонтирует, но все еще пишет портреты домашних любимцев. А вторая моя сестра Хлоя тоже живет в Кембридже, всего в нескольких милях от мамы, так что это всех устраивает.

— Я слышал, что ваш отец умер?