— Кажется, нам суждено встречаться и встречаться, Мэгги.

Она вздрогнула, когда он заговорил. Она как будто застыла. Как это ему так легко удавалось заставлять ее всю дрожать? Если бы она знала ответ, то знала бы и как с этим бороться. Она раз и навсегда стала бы невосприимчивой ко всему, что говорил или делал Мэтью Кейн.

Нарочито медленно она повернула голову и посмотрела на него, заставив себя встретить его взгляд как можно спокойнее. Раньше, когда встречались их глаза, ее лицо было открытым, доверчивым, теперь она могла смотреть на Мэтью только сквозь маску.

— Действительно. Честно говоря, я удивлена, что встретила тебя здесь. — Она оглянулась на залитый светом зал, почти не замечая гула голосов, почти не видя других людей — для нее существовал только один человек, который стоял рядом с ней так близко, что она могла протянуть руку и потрогать его, если бы захотела. Но три года отсутствия Мэтью, страдания и боль навсегда уничтожили в ней подобное желание. — По-моему, это не то место, которое могло бы понравиться тебе.

В прохладном тоне ее голоса слышалась ирония, и глаза Мэтью сверкнули, как она и ожидала. Подбор нужных слов и все оттенки человеческого голоса были по его части. Он прекрасно знал, как придать максимум выразительности короткой фразе. Именно эта способность влиять на суд присяжных несколькими тщательно продуманными отточенными фразами привели его на вершину адвокатской практики. Ей не надо было играть с ним в его же игру, Мэгги понимала это, но не смогла не испытать определенного удовлетворения, когда заметила, что задела его.

— А почему ты так говоришь? — Его голос звучал спокойно, но под этим спокойствием скрывался гнев, а какой-то бесенок внутри нее все толкал ее и толкал.