Обе были выбиты из колеи внешним видом друг друга. Дженни не ожидала, что Хелина так красива. А Хелина не думала, что Дженни выглядит так сексуально. Дженни не носила бюстгальтеров, ее одежда всегда была ей слегка узковата, т. к. она не очень беспокоилась о диете, а ее блузки и платья были растегнуты на одну пуговичку ниже, чем следовало бы. Хелина всегда была застегнута до подбородка. После шести лет, проведенных на Флит Стрит, Дженни, в сущности, ничто не шокировало и на обеде в пятницу она смешила до упаду Руперта и Билли малодостоверными росказнями о сексуальной жизни известных общественных деятелей.

Хелина приложила много усилий, чтобы приготовить роскошный обед: блины с крабами в сырном соусе, бараний окорок и превосходный шербет из айвы. Дженни подумала, что подать такие маленькие порции, как это сделала Хелина, – хороший тактический прием, чтобы заслужить репутацию прекрасной хозяйки, так как все гости попросили еще порцию. Дженни, которая не ела весь день, умирала от голода и съела по три порции каждого блюда, расхваливая все до небес. Все выпили очень много. Дженни с удовлетворением почувствовала, что она насытилась.

Как прекрасно, подумал Руперт, отыскать женщину с таким аппетитом. Он никогда не восхищался Лавинией, она была дурочкой. Дженни – забавная и сильная. Это как раз то, что нужно Биллу.

Хелина и Дженни испытывали друг к другу и профессиональную ревность. Дженни стала расспрашивать Хелину о ее повести. Хелина ответила, что она подвигается очень, очень медленно.

– Видишь ли, я придерживаюсь академических взглядов и не хочу создавать что-либо второсортное.

– Почему бы тебе не попробовать себя в журналистике? – поинтересовалась Дженни.

Хелина ответила, что она действительно не может убедить себя заниматься чем-то подобным. Она никогда не читала «Пост», но слышала, что эта газета – очень сенсационна. Дженни уловила в словах Хелины пренебрежительные нотки и заметила, что ее жизненный опыт показывает, что писатель – тот, кто пишет что-нибудь хорошее.