Келлер отщипнул красный нагар сигареты. У него так огрубели пальцы, что он не почувствовал ожога.

— Я тебя никогда не бил, но если будешь так говорить — побью!

— Больше не буду. — Соуха закрыла руками лицо и расплакалась. — Это потому, что я тебя люблю.

Келлеру впервые попалась женщина, которая не торговала своим телом. Он вспомнил грязную проститутку-малолетку, которую встретил утром на автобусной остановке, и сальную ухмылку Фуада, когда тот советовал, как поступить с Соухой. Да и его собственная мать тоже ведь была потаскухой.

— Я знаю, почему ты так сказала. Хочешь сделать как лучше, но ты ведь моя женщина. Разве ты не понимаешь? И ни один мужчина не смеет к тебе прикасаться. А если получим деньги, у нас будет совсем другая жизнь. Ты станешь порядочной женщиной. У тебя будет свой дом. — Келлер посмотрел на нее и вытер рукой слезы с ее лица. Он мог бы и жениться на ней. Но этого он ей не сказал. — Будь умницей и не плачь. Иди ко мне, я покажу тебе, что больше не сержусь.

Возле отеля святого Георгия Келлера подобрало такси. В нем сидел Фуад. Он подал знак Келлеру, чтобы тот не разговаривал. Ехали они около часа. Наконец такси остановилось возле какого-то ресторана. Фуад расплатился с шофером, и они вышли. Фуад подвел Келлера к другой машине. Он сел за руль, а Келлер — сзади. Выехали на дорогу, идущую вдоль моря. Келлер заметил, что через несколько минут сзади появилась еще одна машина.

— Куда мы едем?

— В Джебарту, — ответил Фуад.

Он все время поглядывал в зеркало. Машина, которую заметил Келлер, шла неотступно следом. Это был черный «мерседес». Джебарта находилась в двух часах езды от Бейрута. Келлер взглянул на часы. Ехали они уже приблизительно столько же.

Проскочив Джебарту, повернули в сторону и проехали еще около мили по проселочной дороге. Машина тряслась и переваливалась по глубоким рытвинам. Домов не было видно. Вокруг, насколько хватало глаз, расстилалось голое поле.