Однако давно известно, что человек предполагает, а Господь располагает.

Так вышло и в случае с Мэган. Судьба распорядилась таким образом, что ей пришлось оставить журналистику, в которой она начала делать первые, довольно успешные шаги, и взамен взвалить на себя обязанности по ведению семейного бизнеса.

Разумеется, ничего подобного не произошло бы, если бы мать Мэган, Айрин, была жива. Тогда наверняка и отец остался бы здоров и жизнь текла бы как обычно.

К несчастью, Айрин внезапно скончалась от пищевой токсикологической инфекции. Проще говоря, умерла в результате отравления рыбой — случай банальный, но от этого не становящийся менее трагичным.

Фред — муж Айрин и отец Мэган — сначала вроде держался, горя старался не показывать, таил его в себе, но потом, в годовщину смерти супруги, перенес инфаркт, слег в больницу, а позже переместился в пансионат, где выхаживали пациентов с сердечно-сосудистыми заболеваниями. Тогда-то и пришлось Мэган бросить журналистику, вернуться в Сандсайд-Бич и полностью посвятить себя клубу «Боент-шарм».

Сначала она вздыхала по этому поводу, потом смирилась, а позже даже начала испытывать удовольствие от своих занятий, которые, кстати, поглотили ее почти целиком, ведь фитнес-клуб «Боент-шарм» был заведением не только фешенебельным, но и просто большим.

Единственным, что беспокоило Мэган в настоящее время, были капризы некоторых клиентов, в том числе местного мэра Ральфа Хейлика. Мэган познакомилась с ним в муниципалитете, когда решала вопросы, связанные с расширением занимаемых клубом «Боент-шарм» площадей. С того момента Ральф Хейлик зачастил на массаж, причем настаивал на том, чтобы процедуру проводила лично Мэган, и никто другой.

В подобном пожелании не было бы ничего особенного, если бы речь шла только о массаже. Но с некоторых пор Мэган стала тяготиться своими профессиональными обязанностями, когда применять их приходилось в отношении Ральфа Хейлика. Дело было в том, что Ральф Хейлик начал отпускать в ее адрес двусмысленные шуточки, делать всевозможные намеки, порой на грани приличия, и вообще вести себя странновато. Причем формального повода уличить его в вышеперечисленных действиях Мэган не имела, потому что все происходило во время процедуры массажа, когда они с Ральфом Хейликом оставались наедине.