— Может быть, — буркнула Энн.

Она работала у Бертольда уже больше полугода — приехала в конце сентября, а сейчас начинался апрель. За это время Энн научилась отлично лавировать в толпе, держа в руках перегруженный поднос, но так и не нашла себе парня. Она некоторое время встречалась с молодым французским инженером, работавшим по контракту во Франкфурте, но это была легкая связь, завершившаяся с отбытием француза на родину.

— Не знаю, что делать… — Энн вздохнула и посмотрела на Бертольда взглядом печального спаниеля. — Может, я завтра приду на работу?

— И думать забудь! — отрезал хозяин бара. — Тебе что, действительно нечем заняться, девочка? Отдохни, погуляй, сходи в кино. Мориц тебя давно приглашает.

— Все-то вы знаете! Может быть, я не хочу в кино.

— А твой приятель, Людвиг, где он? Обычно вы вместе развлекаетесь.

— Уехал со своей группой в Кёльн, — пробурчала Энн. — Они играют на разогреве в каком-то местном подвальчике, гордо именуемом рок-баром.

— Почему бы тебе ни съездить к нему? Дружеская поддержка всегда в цене.

— Их музыку невозможно долго слушать. Проще пойти домой и три часа колотить чайником по батарее.

— Энн, тебе просто надо выспаться, — покачал головой Бертольд. — Когда ты долго не спишь, ты ужасно сварливая.

— Это так, — печально признала девушка. — Но проблема пустых выходных остается актуальной. Ну, может, я все-таки приду на работу?

Бертольд нахмурился. Он осуждал трудоголиков. У всех должны быть положенные законом выходные, и точка.

— Нет. — Хозяин бара подумал. — У меня есть идея. Погоди минутку…

Энн подняла голову, чтобы лучше видеть, что делает Бертольд. А он достал из-под стойки коробку, куда обычно сбрасывал бумажки разной степени необходимости, и теперь сосредоточенно в ней рылся.