В антракте Энн вышла из театра и, попросив у кого-то сигарету, поднесла ее ко рту дрожащей рукой. Энн курила редко, но сейчас не могла без этого обойтись. Что произошло, почему она так отреагировала на появление совершенно незнакомого человека? Да, она влюблялась и раньше ненадолго в некоторых звезд, над ее кроватью до сих пор висел плакат Робби Уильямса, но чтобы так… В какой-то момент Энн почувствовала себя законченной идиоткой, но тут же прогнала эту мысль. Так вот она какая, любовь с первого взгляда! Или это не любовь, а просто весна и гормоны? Ну и пусть гормоны! Пусть весна. Вполне возможно, что Энн никогда не станет блестящей журналисткой. Вероятно, все же будет когда-нибудь счастлива. Но вот такого мужчину она не встретит больше никогда в жизни! И никогда не простит себе, если хотя бы не попробует заполучить этого сказочного принца!

Она вернулась обратно в зал, чтобы сесть и успокоиться, но успокоиться не получалось. Сейчас пройдет второй акт, Энн снова увидит Кершнера, а потом… что будет потом?

Да ничего, подсказал внутренний голос, который, в отличие от Энн, оставался в ясном уме и твердой памяти. Потом надо успеть на ICE, чтобы добраться домой вовремя. От вокзала придется брать такси. Энн вернется в свою крошечную квартирку, завтра отправится за продуктами, потому что маленький холодильник пуст, в понедельник нужно заглянуть в редакцию «Мечты рыболова» и договориться о сроках сдачи материала, потом ее ждет Бертольд и не слишком любимая работа в баре… Собственная жизнь вдруг показалась Энн отвратительной и невыносимой.

Но тут грянули скрипки, и она не успела додумать.

Второе действие было еще масштабнее первого.