Лора засмеялась и села на кровать рядом с Кейт.

— Он всегда говорил, что втайне мечтает играть на саксофоне в каком-нибудь прокуренном клубе.

— И, кстати, играл некоторое время, — заметила Марго, осторожно размазывая тени под огромными глазами Кейт. — Но затем в нем проснулся Темплтон, и он купил весь клуб.

— Салют, дамы! — Джош остановился в дверях с цветочной коробкой в руках. — Простите, что прерываю священный ритуал, но, похоже, все немного свихнулись. Мне досталась роль рассыльного.

В смокинге он выглядел так ослепительно, что Марго стало жарко.

— Сколько ты обычно берешь на чай? — спросила она, одарив его страстным взглядом.

— Мой девиз — не тянуть со своих. — Он старался не смотреть на ложбинку в ее вырезе и заранее проклинал всех мужчин, которым будет предложено созерцать эти молочно-белые выпуклости. — Кажется, еще цветы для виновницы торжества.

— Спасибо. — Лора встала, чтобы взять узкую длинную коробку, и поцеловала брата: — Вот мои чаевые!

— Ты выглядишь чудесно. — Он поймал ее руку. — Совсем взрослая. Я начинаю скучать по своей надоедливой маленькой сестренке.

— Сделаю все, что в моих силах, чтобы и впредь раздражать тебя как можно чаще. — Лора открыла коробку, вздохнула и забыла обо всем на свете. — От Питера! — прошептала она.

Джош стиснул зубы и признался себе, что она уже раздражает его своим выбором.

— Некоторые парни считают шикарным дарить по одной розе, — недовольно заметил он.

— Я лично предпочитаю дюжины, — заявила Марго и выразительно взглянула на Джоша. Во всем, что касалось Питера Риджуэя, между ними было полное согласие и взаимопонимание.

Но Лора не обратила на их слова ни малейшего внимания.

— Как прелестно! — прошептала она, ставя розу в вазу рядом с первой. — Точно такая, как он прислал утром…