– Да, – подтвердил он и быстро пошел через зал к выходу, не потрудившись даже посмотреть, идет ли она за ним.

Когда они вышли на улицу, дождь уже кончился, было тепло, и только легкий ветерок приносил прохладу. Хайвел сунул ее вещи в багажник весьма непрезентабельного фургона и, открыв дверцу кабины, жестом предложил Тамсин сесть.

Она сделала это с явной неохотой. Не такой встречи она ждала, и ей было обидно до слез. Почему отец не приехал ее встретить, или хотя бы Джоанна, раз он сам не мог? Вместо этого незнакомца, который, кажется, готов думать о ней самое плохое, даже как следует, не познакомившись с ней.

Мужчина сел за руль. Тамсин привыкла быть на равных со знакомыми парнями, но рядом с этим человеком она чувствовала себя маленькой. От Хайвела Бенедикта исходил чисто мужской запах – табака и лосьона для бритья, и ноздри девушки слегка затрепетали. Ей почему-то захотелось узнать, кто он, чем занимается и где живет, но она тут же упрекнула себя за подобное любопытство к человеку с совершенно иным жизненным опытом. Ведь он принадлежал к поколению ее отца.

Машина шла ровно, подчиняясь сильным, умелым рукам Хайвела; интенсивное движение в районе аэропорта не вызывало у него беспокойства. Какое-то время Тамсин не отрывала глаз от необычного для нее левостороннего движения, а потом, наконец, решилась еще раз взглянуть на своего спутника.

Тамсин почему-то обратила внимание на густую поросль темных волос, выглядывавших из манжет его белой рубашки и массивные золотые часы на его левом запястье. На руке у Хайвела было только одно кольцо – золотая печатка с его вензелем.

Почувствовав, что за ним наблюдают, Хайвел посмотрел в сторону Тамсин и на мгновение их взгляды встретились. Девушка испуганно опустила глаза.

– Ваше путешествие прошло удачно? – вдруг спросил он.

– Да, кажется, все было хорошо. Я мало путешествовала в своей жизни, поэтому мне трудно судить. – Она вздохнула. – А где мой отец? Почему он не смог меня встретить?