Тамсин покраснела.

– Вы забыли, мистер Бенедикт, что я наполовину валлийка.

– Ах, да, я забыл. Но думаю, меня можно простить за это. Такой гибрид, как вы, выращенный в искусственной атмосфере теплицы, вряд ли может наследовать признаки своих менее культурных предков.

– Мне кажется, вы намеренно хотите обидеть меня, мистер Бенедикт, – сказала Тамсин, задетая его словами.

– Обидеть? – В его низком красивом голосе звучала ирония, – Почему вы так решили?

– У меня создалось впечатление, что вы считаете, будто мне недостает каких-то качеств, – ровным тоном ответила Тамсин. – Это из-за того, что я впервые приезжаю навестить отца?

Хайвел нажал на тормоз, когда прямо перед ними вывернула машина.

– Ну… вы ведь до сих пор мало интересовались его делами, не так ли?

– На это были причины.

– Я знаю о них. Это ваша мать.

– Разве это не оправдание?

– У вашей матери очень силен собственнический инстинкт, – холодно заметил он. – Но когда ей это становится нужно, она охотно взваливает заботу о дочери на отца.

Тамсин сердито взглянула на него.

– Я вовсе не нуждаюсь ни в чьей заботе. Я сама могу о себе позаботиться. И если отец не хочет, чтобы я приезжала, он мог бы отказаться сразу…

– Спокойно, Тамсин Станфорд. Я не говорил, что ваш отец не хочет вас видеть. Напротив, я представляю, с каким нетерпением он ждет вас. Просто я выразил свое личное мнение.

– Тогда лучше оставьте его при себе, – бросила Тамсин и стала сосредоточенно рассматривать пейзаж, стараясь избавиться от чувства, которое пробудил в ней этот человек. Это было ощущение неловкости и растерянности, от чего у нее сразу испортилось настроение.

Некоторое время они ехали молча, и Тамсин сосредоточила свое внимание на тех местах, которые они проезжали. Местность вокруг была холмистой, по обе стороны дороги тянулись зеленые поля, прерываемые кое-где перелесками и небольшими речушками.