Она действительно была близка к этому, но вспомнила о Сабине и о своем обещании выслать денег на летний лагерь для мальчиков и стиснула зубы.

— Нет, я не откажусь от заказа, но только потому, что мне нужны деньги. Хотя я никак не ожидала, что придется лебезить перед главой банка!

— Ты что же, хочешь, чтобы твоя вежливость оплачивалась отдельно?

— Это было бы очень кстати, — сказала Айрис, игнорируя насмешку и глядя прямо в глаза Эвану. — Сколько ты можешь предложить? — Еще не успев договорить, девушка пожалела о своих словах.

— Сие зависит от того, насколько далеко будет простираться твоя любезность, — тихо произнес он, и Айрис вдруг бросило в жар.

Когда же я научусь вначале думать, а затем говорить, спросила она себя, устремляя взгляд в пол.

— Если наш разговор окончен, я, пожалуй, вернусь к работе.

— Разумеется, — согласился Эван, поднимаясь со стула вслед за Айрис. — Кстати, возможно, ты ищешь… — Он вынул из стола резной гребень, который был в волосах Айрис в день свадьбы Линды, положил его на стол и придвинул к девушке. — Думаю, он тебе еще пригодится.

Айрис взяла гребень с опаской, словно что-то горячее.

— Откуда он у тебя? — спросила она, заранее догадываясь, каким будет ответ.

— Ты оставила гребень на террасе. Он выпал из твоих волос, когда ты… отвлеклась.

— Иными словами, когда ты целовал меня? — с вызовом уточнила Айрис, чувствуя, что в ней закипает привычная злость. Наступил момент истины, и сейчас не было нужды притворяться.

Эван с удивлением взглянул на девушку.

— Насколько я помню, это ты меня целовала.

— Только потому, что ты меня спровоцировал!

— Как это было приятно! — мечтательно улыбнулся он и, приблизившись к Айрис, осторожно вытер цементную пыль с ее щеки. — Подобный поступок действительно можно отметить премией.

Она отодвинулась, взволнованная близостью Эвана и своей реакцией на его прикосновение. Каждая клеточка ее тела внезапно затрепетала, и девушке стало трудно дышать.