– Отлично! Очень хорошо! Вини во всем меня!

– Кого же мне еще винить?

– Я ненавижу тебя, Мейсон! – прошипела Полли. – Слышишь? Ненавижу! Я сожалею о каждом мгновении, когда позволила тебе прикасаться ко мне!

– Лжешь!

– Лгу? Интересно почему?

Дик схватил ее за плечи.

– Ты с самого начала таяла в моих руках как воск!

– Потому что тогда я была еще невинна! Когда мы познакомились, я была еще ребенком!

– Ты была самым обольстительным ребенком из всех, кого мне приходилось встречать. А целовалась ты так, что у меня дух захватывало. Я не мог думать ни о чем другом, кроме как привязать тебя к себе на всю оставшуюся жизнь.

– Но позже ты понял, что в жизни существуют не только постельные утехи, – напомнила Полли.

– Да, конечно, – усмехнулся Дик. – Ты преподала мне этот урок. «Не сейчас, Дикки…», «У меня нет настроения, Дикки…» – передразнил он ее.

– А что заставляло меня говорить так, как ты думаешь?

– Ну я-то не поворачивался к тебе спиной, притворяясь, что умираю от усталости. В этом ты не сможешь меня обвинить, детка, и…

– Не называй меня деткой, – сердито оборвала бывшего супруга Полли. – А отворачивалась я потому, что у меня была на то причина. Я больше ничего не испытывала к тебе. Или ты предпочел бы, чтобы я притворялась?

– Наподобие того, что ты демонстрировала мне сегодня в присутствии Шермана? Ведь ты притворялась, когда старательно делала вид, что этот парень распаляет тебя?

Полли размахнулась, чтобы влепить Мейсону пощечину, но тот перехватил ее руку.

– Вот когда я занимался с тобой любовью, тебе не нужно было притворяться! – ухмыльнулся он. – Ты дрожала от удовольствия даже в те дни, когда между нами уже начиналось отчуждение. Только гордость не позволяет тебе признаться в этом.

– Я вижу, ты готов выдумать что угодно, лишь бы не видеть правды! – возразила Полли.

– Ах так? Ну, сейчас я покажу тебе правду!