Наметанный взгляд Евы сразу же определил двух полицейских – женщину и мужчину, поджидавших ее возле подъезда. Она припарковала машину у обочины и поставила на приборную доску мигалку, чтобы коллеги из дорожной полиции не утруждали себя выписыванием штрафа за стоянку в неположенном месте.
Женщина была стройной, с волосами до плеч. Два острых локона лежали на ее щеках, как лезвия кривых кинжалов. На ней был дорогой строгий костюм темно-синего цвета и темные очки. Судя по туфлям на высоком каблуке, она занималась кабинетной работой. «Начальница», – безошибочно определила Ева.
Мужчина был широк в плечах, хотя и с небольшим брюшком; в волосах обильно серебрилась седина. На ногах у него были ботинки полицейского образца – тяжелые, с толстыми подошвами и начищенные до блеска. Пиджак был ему узковат, рукава обмахрились. «Ветеран», – подумала Ева. Мужчина ей сразу понравился – лицо его было спокойным и собранным.
Женщина выступила вперед и протянула Еве руку.
– Лейтенант Даллас? Я вас узнала. Вас часто показывают в выпусках теленовостей. – В ее голосе прозвучала нотка то ли зависти, то ли упрека. – Я – капитан Рот из сто двадцать восьмого отдела. А это, – сержант Клуни, мой подчиненный. Мы приехали выразить соболезнования вдове нашего убитого товарища.
– Спасибо за то, что подождали нас. Познакомьтесь, это моя помощница, сержант Пибоди.
– На каком этапе находится ваше расследование, лейтенант?
– Сейчас телом детектива Коли занимаются патологоанатомы, делу придан статус первостепенной важности. После того как о случившемся будут поставлены в известность близкие погибшего, я немедленно приступлю к подготовке отчета. – Ева на секунду умолкла, дожидаясь, пока мимо проедет ревущий автобус. – А пока, капитан Рот, мы имеем только тело погибшего сотрудника полиции, которого, судя по всему, рано утром в стриптиз-клубе зверски забили до смерти бейсбольной битой.