– Со знанием дела, – с оттенком мрачного юмора ответила Ева.
Рорк повернул голову и посмотрел на жену; взгляд его был полон неодобрения.
– Ну ладно, извини, – вздохнула она. – Зрелище было жуткое. Его забили металлической бейсбольной битой. После первых нескольких ударов он уже ничего не чувствовал.
Рорк посмотрел на зеркало, заляпанное кровью и напоминавшее какое-то полотно в духе сюрреализма.
– Тебя когда-нибудь били бейсбольной битой? – проговорил он и, прежде чем Ева успела ответить, добавил: – Меня – да. Весьма неприятное ощущение, должен тебе сообщить. А вот это, – Рорк обвел рукой чудовищный бедлам, – сделано нарочно, чтобы инсценировать ограбление. Но на самом деле это не ограбление.
– Почему ты так считаешь?
– Посмотри кругом. Здесь было очень много выпивки, которая стоит баснословные деньги. Зачем же налетчику бить бутылки, если их можно взять с собой, а затем продать? Такой погром не могли устроить ради небольшой суммы, которая находилась в кассе, а наличных тут было мало. В подобных местах клиенты расплачиваются преимущественно кредитными карточками и чеками.
– Ты знаешь это по собственному опыту?
Рорк невесело усмехнулся:
– Да, по собственному опыту бизнесмена и законопослушного гражданина.
– Охотно верю.
– Вы просмотрели записи видеокамер наблюдения?
– Нет никаких записей. Преступник их все уничтожил.
– Следовательно, он загодя изучил помещение.
– Сколько камер здесь установлено?
Рорк снова полез в свой компьютер.
– Семнадцать. Девять на этом уровне, шесть на втором и еще две на верхнем. Предвидя твой следующий вопрос, сразу сообщаю: клуб закрывается в три часа утра, ну, иногда, может, на полчаса позже. Последнее шоу заканчивается в два. Музыканты и актрисы…
– Стриптизерши, – поправила Ева.
– Как тебе будет угодно, – не стал спорить Рорк. – Так вот, они к моменту закрытия уже расходятся. Через час я предоставлю тебе их имена и график выступлений.