Леди Бранскомб и миссис Хит были кузинами; о том, что у них будут дети, они узнали в один и тот же месяц и, как со смехом рассказывали, прямо-таки наперегонки спешили стать матерями. Победила в этом соревновании миссис Хит, и Латония оказалась на три дня старше кузины. Леди Бранскомб и миссис Хит сразу решили дать своим детям одинаковые имена и ничуть не сомневались, что у них у обеих родятся девочки.

— Конечно, Губерт, как всякий англичанин, хочет сына, — говорила леди Бранскомб. — Но я уверена, Элизабет, что у нас с тобой будут дочери.

— Как ни странно, — отвечала ей миссис Хит, — думая о ребенке, я всегда представляла себе девочку. Но хотя у нас нет титула, который можно было бы передать по наследству, Артур, как и Губерт, все равно мечтает о мальчике, которого он учил бы стрелять и ездить верхом, а потом записал бы в свой полк.

— Придется ему подождать, — улыбнулась леди Бранскомб. Ни она, ни Элизабет не собирались ограничиваться единственным ребенком.

С самого рождения девочки вместе играли и, поскольку Хиты были не слишком богаты, у них была общая гувернантка, а ездить верхом Латония училась на лошадях лорда Бранскомба: ее отец не мог позволить себе держать чистокровных скакунов.

У Хитов был всего лишь загородный особняк и несколько акров земли, а у Бранскомбов — большое поместье, но Латония никогда не завидовала их достатку, и еще в детстве заметила, что атмосфера их дома весьма отличается от той, что царит в поместье Бранскомбов. В разговоре с матерью она выразила свои наблюдения следующим образом:

— По-моему, тетя Маргарет и дядя Губерт никогда не смеются так, как мы.

Зато Тони не страдала нехваткой веселости. Едва начав говорить, она сократила свое имя, была большой шалуньей, а, став постарше, оказалась еще и кокеткой. Она пользовалась успехом у мужчин и вскоре поняла, что обязана этим не только титулу и огромному состоянию своего отца, но и собственной красоте и очарованию, которые приводили молодых людей в смятение и заставляли их влюбляться в Тони с первого взгляда.