Первая же запись в дневнике, датированная пятым числом июля прошлого года, заинтересовала Бирюкова. Убористый разборчивый текст занимал больше двадцати страниц:

«Софа – щедрая душа! – отправила нас с Яной Золовкиной на теплоходе в круизное плавание по Оби. Считает, что я – душевнобольной, и поручила своей подруге-телохранительнице опекать меня. Каюта-люкс на двоих. В одной половине расположился я, в другой – опекунша. По-моему, она большой красоты и маленькой добродетели. Из тех, которые думают, что спать по ночам в своей постели в одиночестве – это чудачество. Поплаваем – увидим.

Вечером отчалили из Новосибирска и на следующий день приплыли в Томск. Речной вокзальчик с претензией на шик, но так себе. Город – купеческая старина вперемешку с каменными коробками эпохи социализма. На экскурсию с оравой туристов не поехали. Пошли бродить вдвоем. Случайно забрели в коммерческий тир, где нам предложили пострелять из «Макарова». Золовкина 8 пуль всадила в десяточку и лишь 2 сорвала в девятку. В Афган бы ее, мочить душманов! Я из 100 возможных очков выбил только 12. Не владею офицерским оружием. Привык из «Калашника» поливать. Из Томска поплыли дальше на север.

Прошла ночь, настало утро, после утра настал день. Из открытого окна каюты смотрю на Обь. Пыхтят буксиры, пролетают крылатые «Метеоры». Жарко! Яна в купальничке, почти топлесс, лежит на кровати, уткнув глаза в забойный детектив. Что она в нем находит? Учится убивать?… Предложил ей свои стихи. Отмахнулась. Обиделся, но виду не подал.

Приплыли в Колпашево. Не город – большая деревня. Туристам показали высокий крутой берег, где более десяти лет назад Обские волны размыли тайное захоронение «врагов народа», загубленных в застенках НКВД. Сотни человеческих черепов и скелетов неведомо куда унесли речные воды. Вот это достопримечательность! Вопрос на засыпку: забудет ли народ такое преступление «народной» власти?…