— Ну что ты говоришь?! — ответила Леночка, глядя ей прямо в глаза. — Ты очень красивая. Кому-кому, а тебе нечего об этом беспокоиться. За тебя побеспокоилась природа.

— А почему тогда они смотрят на меня, как на… Как на… — девочка не смогла подобрать сравнения, но вожатая поняла, что Нина хотела сказать.

— А ты просто не будь такой строгой. Надо радоваться жизни, и тогда жизнь будет радовать тебя.

Свечкина ничего не сказала на это. Она долго молчала, словно что-то обдумывая, и наконец, решилась:

— Елена Юрьевна, а почему люди снятся друг другу?

«Ничего себе вопросики», — промелькнуло в голове у вожатой, а вслух она сказала:

— А он тебе тоже снится?

Нина кивнула и покраснела. Потом заговорила очень тихо и быстро, постоянно оглядываясь, не слышит ли кто:

— Я боюсь теперь, Елена Юрьевна. У него же мухи в голове. Он нарывается всё время. Учудит что-нибудь, и выгонят его из лагеря. А я что буду делать?

— А вот это ты брось. «Буревестник» ведь не вся жизнь. К тому же никто его пока из лагеря не выгоняет.

— Всё равно. Это стихийное бедствие какое-то. И угораздило же меня… — Нина резко оборвала себя и скрылась в другой кабинке.

«…в него влюбиться, — договорила Леночка про себя. — Стихийное бедствие — это точно. С ума сойти».

* * *

«Стихийное бедствие» в этот день ещё раз дало о себе знать — правда, только на уровне слухов. До Леночки дошли разговоры о том, что Птица готовил групповое вторжение в душевую во время купания девочек и подбил на это нескольких пацанов. Планировалось ворваться в душ с фотоаппаратом, сделать несколько снимков и быстро убежать, чтобы спасти плёнку. Версия источников информации гласила, что в последний момент план был отменён по техническим причинам — из-за неисправности вспышки, без которой фотоаппарат в душевой был бы бесполезен.