— Куда же вы, Елена Юрьевна? — поинтересовался он. — Заберите своё имущество. Оно мне ни к чему — я хулиган, а не вор.

Леночка сорвала своё имущество с чужой ноги, но надеть его оказалось делом непростым. Лена не умела держаться на воде, не пользуясь руками, а мелководье было слишком близко к берегу, где полно народу.

— Слушай, ты, трудный подросток, — процедила она сквозь зубы. — Сам снял, сам и надевай. В темпе

— Спасибо за оказанную честь, — ответствовал Птица и, почти без нескромных прикосновений завязывая тесёмки лифчика, светски осведомился. — А что вы делаете сегодня вечером?

— Провожаю тебя домой, к маме.

Решение об изгнании Лебедева из лагеря действительно было принято в тот же день, однако его исполнение отложили до следующего утра. А ночью у Юрика подскочила температура, что говорит о вреде излишеств в области водных процедур. Врач констатировала ОРЗ, а начальник лагеря принял мудрое решение не отправлять больного ребёнка к маме, а сначала вылечить его в медпункте «Буревестника».

В первый день Птица вёл себя исключительно смирно по состоянию здоровья. Но то, что и во второй день, когда температура спала и силы восстановились, Юрик не учинил никакого хулиганства, удивило многих. Он даже покорно выслушал Свечкину, пришедшую его навестить. Тема её увещеваний не подкупала своей новизной и крутилась вокруг тезиса «Пионер — всем ребятам пример», а самая страшная угроза звучала так: «Тебя же не примут в комсомол с таким поведением».

— Не примут, — хрипло соглашался простуженный Юрик, никак не поясняя своего отношения к этому прискорбному факту.

Ещё через два дня, когда настала пора выписывать Птицу из лазарета, Свечкина, как член совета дружины, обратилась к начальнику лагеря с просьбой не выгонять Лебедева немедленно, а дать ему возможность исправиться. Неожиданно Елена Юрьевна поддержала это ходатайство, хотя четыре дня назад она придерживалась прямо противоположной точки зрения.