Выходя вместе с дочерью Джонатана из отделения неотложной помощи, Шери подумала, что для нее было бы большим облегчением передать девочку ее родственникам. Не то чтобы малышка ей не нравилась — как раз наоборот. Однако непродолжительный, но закончившийся весьма неприятным образом опыт общения с семейством Тревис подсказывал ей необходимость держаться от них подальше.

Войдя в заполненную посетителями приемную, Шери сразу же заметила уже знакомого полицейского.

— Хорошо, что вы еще здесь, — сказала она, подходя к нему ближе.

— Как дела у девочки? — поинтересовался он.

— Хорошо. Скажите, а ее родственники уже здесь? Вам удалось сообщить им об автокатастрофе?

— Мы пытались. Но сержант говорит, что их нет в поместье. На звонок ответил управляющий. Он сказал, что супруги Тревис накануне улетели в Англию. Там сейчас проходят гонки парусных судов.

— Вот, значит, как обстоят дела… — разочарованно протянула Шери.

Она тоже знала, что родители Джонатана в молодости были заядлыми яхтсменами, хорошо известными среди поклонников этого вида спорта. Но ей-то что теперь делать?

Занятая своими мыслями, Шери не сразу почувствовала, что девочка тянет ее за руку.

— Они не приедут, да? — спросила малышка, когда медсестра поспешно наклонилась к ней.

— Нет. Но не потому, что не хотят. Просто сейчас они в отъезде…

— Я знала, что они не приедут, — перебив ее, сказала Мэри Клер сдержанно и серьезно, совсем как взрослая. — Мама говорила, что бабушка и дедушка не любят меня.

— Нет, Мэри Клер! Ты, наверное, что-то не так поняла! — воскликнула Шери, не веря своим ушам.

— Мама говорила, что и папа меня не любит, — невозмутимо продолжала Мэри Клер. — Поэтому он и ушел от нас. Но мама умерла, и теперь мне приходится жить с папой.

— О, Мэри Клер, милая! Я уверена, твоя мама не могла так говорить о твоем папе и о дедушке с бабушкой, — сказала как можно мягче Шери, пораженная словами ребенка.