— Филип, — начал Джонатан, пытаясь найти более подходящий выход из ситуации, — мы вроде сошлись на том, что мое зрение к утру, возможно, восстановится и я смогу отправиться домой. Что, если Мэри Клер проведет эту ночь в больнице? Скажи, детка, ты не хочешь остаться со мной здесь?

— А где я буду спать?

— Я уверен, что доктор Херстфилд сможет поставить сюда еще одну кровать, — ответил Джонатан, радуясь, что дочь не отвергла с ходу его предложение.

— Но… — начал Филип, не зная, как потактичнее отказать другу.

— Да брось, старина! Разве я прошу слишком многого? А если тебя беспокоит, что это против правил, так ведь Мэри Клер можно оставить здесь на ночь для обследования. Как-никак она ведь тоже побывала в автокатастрофе.

Шери с интересом следила за разговором двух друзей. Она чуть не выдала себя, когда упомянула об экономке, и боялась, что Джонатан спросит, откуда ей известно о миссис Смоллетт. Но он вроде бы не обратил на ее замечание никакого внимания.

По тому, как доктор Херстфилд не спешил с ответом, она понимала, что он вот-вот сдастся. На самом деле Джонатан предложил дельное решение.

— Думаю, это можно будет устроить, — сдался наконец Филип и обратился к Шери: — Пожалуйста, сходи и узнай, где есть свободная кровать, и попроси принести ее сюда. А я тем временем оформлю необходимые документы.

— Хорошо, док, — ответила она и быстро вышла из палаты.

Немного погодя она с помощью санитара уже ввозила кровать в палату. Доктора Херстфилда там не было.

— Шери, — спросил Джонатан неуверенно, — вы не возражаете, если я буду называть вас по имени?

— Нет конечно, — ответила она, разворачивая хрустящие от крахмала простыни.

— Сколько сейчас времени?

— Половина десятого. А что?

— Мэри Клер говорит, что проголодалась. Можно принести ей чего-нибудь поесть?

— Без проблем. Я застелю постель и спущусь в кафетерий. Как насчет бутерброда с ореховым маслом и стакана молока? — спросила она девочку, продолжая заниматься постельными принадлежностями.