— Ваш бутерброд с ореховым маслом, — услышала она, и этот голос вернул ее к действительности.

— Спасибо, — поблагодарила Шери и пошла с подносом к кассе, чтобы расплатиться.

Наверху, прежде чем войти, она легонько постучала.

— Это я, — объявила она и остановилась, увидев Мэри Клер, заснувшую в ногах у отца.

— Она спит? — спросил Джонатан тихо. — По крайней мере, мне так кажется, потому что вот уже несколько минут, как она молчит.

— Да, она спит, — подтвердила Шери, ставя поднос на столик возле Джонатана. — Я переложу малышку на ее кровать.

— Думаю, что так будет удобнее и ей, и мне.

Шери осторожно приподняла Мэри Клер и отнесла ее в застеленную свежим бельем постель. Положив девочку, она сняла с нее туфли, носки и шорты.

— У нее выдался тяжелый день, — сказал Джонатан.

— И у нее, и у вас. Вам тоже следует поспать, мистер Тревис, — посоветовала она, накрывая девочку простыней, потом подошла к Джонатану и вложила ему в здоровую руку пульт. — Если вам понадобится что-либо ночью, нажмите на кнопку.

Шери хотела отойти, но Джонатан быстро ухватил ее за пальцы, пытаясь удержать возле себя.

— Спасибо за все, что вы сделали для Мэри Клер.

По ее руке пробежала легкая дрожь, стало трудно дышать, и кровь бешено застучала в висках. Она, однако, не потеряла самообладания и быстро освободила руку.

Хотя Шери часто представляла, что скажет или сделает, если снова встретится с Джонатаном Тревисом, но действительность оказалась совсем другой.

— Я просто делаю свою работу. Спокойной ночи, мистер Тревис, — сказала она, прежде чем выйти из палаты.

— Никаких изменений? — спросил доктор Херстфилд, закончив осмотр Джонатана следующим утром.

— Никаких, — подтвердил тот с тревогой в голосе. — А что показало сканирование, которое ты делал перед этим? Есть какие-либо результаты?