Широкие плечи, крепкие мускулы делали его стройным и привлекательным. На узком лице выделялся орлиный нос и высокие скулы, а губы были сжаты в тонкую линию. В годы своей работы в компании по заготовке пушнины его прозвали Ястребом. И это прозвище действительно подходило ему. В его лице не было никаких признаков мягкости или робости — только сила, решимость и даже жестокость. Глаза, устремленные на величественные очертания Лондона, были пронзительно-голубого цвета.

— А куда нам ехать, монсеньор? — Антуан сделал широкий жест в сторону города, и в его голосе прозвучало беспокойство.

— Мы возьмем экипаж, — пояснил компаньон, вернувшись к действительности, — до отеля “Палтни” на Пиккадилли. Это самый лучший отель в Лондоне. А завтра отправимся в Девоншир.

— Вот так, — откликнулся Антуан. — Все самое лучшее для графа Тревельяна. И все самое лучшее для его слуги. — Он хмыкнул.

— Думаю, лучше не называться графом, пока завтра не уедем из Лондона, — произнес его спутник. — Я не хочу, чтобы узнали о моем возвращении, Антуан. Сегодня вечером я буду просто мистером Кристофером…

— Бушаром? — предположил Антуан.

— Кристофером Бушаром, — согласился граф Тревельян. Антуан улыбнулся и спустился вниз, чтобы заняться вещами, разбросанными по всей каюте хозяина.

— Они все-таки узнали о нашем приезде, — сказал Антуан. — И по этому поводу торжества, да, монсеньор? — Он взглянул на своего спутника, и белозубая улыбка осветила его бронзовое лицо.

— Ну вот еще! — откликнулся Кристофер и улыбнулся в ответ.

На лондонских улицах действительно царило необычайное оживление, повсюду было огромное количество флагов, развевающихся почти на каждом здании, включая отель “Палтни”.

— В Лондоне произошло что-то необычное? — спросил он служащего отеля, заказав на ночь номера для себя и слуги. Служащий недоуменно посмотрел на Кристофера.

— А разве вы не знаете, мистер Бушар? — спросил он. — Вы француз? Эмигрант, наверное?