Дороти попыталась незаметно убрать руку, но он удержал ее с видом собственника. Она едва не свалилась с ног от усталости, когда Милтон нашел их места и с показной вежливостью усадил ее.

Она тут же обмякла, хотя жесткий стул был не слишком удобен. Милтон небрежно положил руку на спинку ее стула, но Дороти сделала вид, что не заметила этого. Она понимала, что действовать следует очень осторожно, не раня невзначай его самолюбия. Иначе он найдет способ отплатить ей.

На глаза Дороти неожиданно навернулись слезы. Какую же цену потребует от нее Милтон за свои услуги? И это в том случае, если согласится помочь! Милтон Гауэр занимался юридическими вопросами в строительной компании миллионера Ройса и знал, что тот был единственным человеком в городе, готовым выложить за домик Дороти сумму, в три раза превышающую его истинную стоимость. Но что, если Милтон способен посоветовать мистеру Ройсу отказаться от покупки?

— Семьсот долларов — раз! Семьсот долларов два… — Удары молотка эхом отдавались в зале. — Продано мистеру Гауэру, номер двадцать пять, за семьсот долларов!

Вздрогнув, Дороти подняла глаза. Она и не знала, что Милтон участвует в торгах. По правде говоря, ей было невдомек, что аукцион был уже в разгаре. Семьсот долларов? Боже, что же он купил? Она взглянула на Гауэра и даже в тусклом свете заметила на его лице торжествующее выражение.

— Этот негодяй думал, что сумеет перехватить его у меня.

— Какой негодяй? — недоуменно спросила Дороти. — Что перехватить?

— Вон тот! — Милтон кивком указал на столик справа. Мужчина, сидевший за ним, рассеянно постукивал карточкой по подлокотнику стула, тихо переговариваясь с яркой брюнеткой. — Видишь его? Шелдон Остин… Ну и дурак! Это хорошее шампанское, но не настолько. Шестьсот долларов ему красная цена.