Верити пожала плечами.

— Все эти проблемы и проблемами-то не кажутся, если человек влюблен.

Еще раз настоятельно попросив Энн звонить им при любой необходимости, она ушла. Энн закрыла за подругой дверь, медленно вернулась в спальню и в глубокой задумчивости села на стул у окна.

«Может, очень-очень скоро ты снова в кого-нибудь влюбишься…» — эхом отдались в ее голове слова подруги.

— Все эти проблемы и проблемами-то не кажутся, если человек влюблен, — медленно повторила она вслух.

Перед глазами вдруг опять возник образ парня-экскурсанта, и душу наполнило странное тревожно-сладостное чувство.

— Опять мне в голову лезут всякие глупости! — воскликнула Энн, поднимаясь со стула и стремительно направляясь в самую просторную в квартире комнату, которая со студенческих лет служила ей мастерской. — С сегодняшнего же дня я должна начать новую жизнь — забыть о разной ерунде и сосредоточить все свое внимание на работе.

В субботу Энн проснулась с предчувствием чего-то радостного. Нажав на кнопку дребезжавшего будильника, взглянув в окно и потянувшись, она вновь закрыла глаза, желая понять, чем это предчувствие вызвано.

Воспроизвести в памяти приснившийся сон не получилось, но она почему-то была уверена, что странное ощущение никак со сном не связано.

Сегодня же суббота, вдруг осенило ее. У меня опять экскурсия. Вот я и пребываю в приподнятом настроении!.. Дурочка! Как будто не знаю, что того парня среди своих экскурсантов никогда больше не увижу.

Разозлившись на себя, она резким движением откинула простыню, поднялась с кровати и прошла в ванную. В течение целых двадцати минут — принимая душ, чистя зубы, готовя кофе, завтракая, — она внушала себе, что мужчины ей не нужны, что без них жить гораздо спокойнее и интереснее.

Но, раскрыв гардероб, машинально выбрала один из лучших своих нарядов — светлую шелковую юбку и приталенную блузку с абстрактным рисунком спереди. А прической занималась с особой тщательностью и даже подкрасила свои темно-коричневые загнутые кверху ресницы тушью, а губы покрыла блеском.