— Но она правда трансгрессировала в гостиную дома Дурслей, — воскликнул Гарри, ошарашенный резкостью директора.

— Но… — Дамблдор в смятении откинулся на спинку стула, — не понимаю… ладно, ты трансгрессировала к Гарри. Дальше?

— Ну, — Джессика приложила пальцы к губам, — я не помню, кажется, я отключилась…

— Я нашел ее, — перебил Гарри, — потом подлечил раны, чтобы они не кровоточили, а дальше лечил ее зельями.

— Мистер Вуд, однако, сказал, что рана была чуть ли не смертельной, — отметил Дамблдор, снова сделав заметку в книге, — сколько заживала рана?

— Ну, — Гарри усиленно напряг мозги, пытаясь вспомнить, — наверное, кровотечение прошло ко второму дню, а затягиваться рана стала уже к третьему… в общем через неделю раны полностью срослись.

— Почему-то я не удивляюсь, — прошептал Дамблдор, делая очередную пометку, — Ну ладно, закончим с этим. По дороге Метью ничего не делал?

— Ну, он покрасил мои волосы, — усмехнулся Гарри, — но я вернул им нормальный цвет.

— Но, перед этим он каким-то странным образом испарил заклинание Метью, — перебила Джес, — лучик из ладони Метью ударил в ладонь Гарри, и ничего не случилось.

Дамблдор нахмурился.

— Метью, подойди сюда, мальчик, — сказал он.

Метью кивнул и, спрыгнув со стула, подошел к Дамблдору. Директор вытащил свою палочку и стал водить ею по вискам мальчика, что-то шепча и приговаривая. Когда он закончил, то нахмурился, положил палочку на стол, стал делать записи в книге. Гарри от интереса чуть ли не подпрыгивал в кресле — к одной загадке прибавляется еще куча! А вот Джессике, сидящей рядом было не до загадок, он потирала виски, как от головной боли и время от времени вздрагивала. Но Гарри не сильно нервничал из-за этого — это были уже привычные симптомы Джес при заживании ее раны.